Теперь на Конана одновременно с обеих сторон набросились двое. Тот, что слева, был вооружен мечом, а противник справа – копьем. Резко развернувшись, Конан чуть отклонился, пропуская удар копья мимо себя, и схватил копьеносца за руку. Потом рывком швырнул его на меченосца. Обалдевшие от столь виртуозной защиты, разбойники столкнулись лбами. Не теряя времени, киммериец одним могучим ударом разрубил обоих пополам на уровне поясницы.

– Достаточно! – крикнул кто-то, находящийся за пределами светового круга.

– Назад! Уходим отсюда!

Громкий топот свидетельствовал о том, что бандиты спешно уносят ноги. Тренированный слух варвара отметил, что в шайке осталось в живых не более четырех человек.

Во внезапно наступившей тишине слышался только треск костров. Затем раздались рыдания женщин, стоны раненых, плач детей. К Конану приблизился Решта и пристально посмотрел на него. В этом взгляде было уважение, граничащее со священным ужасом.

– Клянусь Баалом! – воскликнул шемит. – Ты и вправду не хвастался, когда заявил, что владеешь воинским ремеслом!

– Убитых подсчитали? – поинтересовался Конан и наклонился, чтобы оторвать полоску ткани от туники поверженного разбойника. – Я имею в виду, сколько погибло твоих людей, не считая этих ночных шакалов?

Куском ткани киммериец тщательно вытер лезвие меча, в то время как торговец пряностями пошел считать потери.

– Из наших убито пятеро, – сообщил Решта, вернувшись.

– А где те два ублюдка в ржавых кольчугах?

– Как ты и предсказывал, они напились до бесчувствия. У обоих перерезано горло. Они так и не проснулись. Трое из моих парней пытались сражаться в темноте, но потерпели поражение.